граница

Дороги и личные границы человека


Вы замечали, что дороги удивительно символичны? Несколько человек на сессиях признавались, что в растрепанных чувствах садятся за руль и едут куда-нибудь. Дорога успокаивает и дает ощутить, что руль в ваших руках.

Люблю отпуск в стиле дороги — ехать, идти или плыть, встречаясь с чудесами по пути. Ещё на дорогах встречаются границы, которые нужно пройти, как будто преодолеть внутренние преграды…

.. В кризис нулевых мой приятель Алекс собирал грибы, по утрам выезжая в область на электричке. Алекс — порядочный молодой человек, жил с приличной молодой девушкой в коммунальной квартире в центре Петербурга. Этакий честный пионер, который делает зарядку по утрам. Выросший Волька из “Старика Хоттабыча”. Бюджетная работа накрылась медным тазом, и Алекс перебивался собирательством и подработкой на погрузчике.

Как-то вечером сидели за столом в компании таких же помятых кризисом бюджетников, разделяя грибочки по тарелкам. Лица были торжественно-озабоченные, разговоры тихие и унылые. Грибочки делили поровну всем по три, с достоинством разрезая каждый на мелкие кусочки.

Среди горстки пристойных барышень затесалась неугомонная Верунчик, авантюристка и вдохновенная выдумщица. Верунчика все знали, но никто не принимал всерьез, снисходительно посмеивались над ее прожектами. Теперь все изменилось, и Верунчика слушали с возрастающим интересом в глазах и надеждой в сердце.

Верунчик поймала звездный шанс — вещала на уважаемую аудиторию, подбивая на авантюру. Авантюра же была сугубо питерская, махнуть в Финляндию за чем-нибудь, чего в Питере людям надо, но ехать лень. Деньги Верунчик уже собрала в долг по знакомым, а шенгенские визы имелись у большинства присутствующих:

— Что тут ехать? Два часа и мы на месте. Те, кто с визами идем на ту сторону, набираем продукции на каждого и обратно. Те, кто без виз — ждут на нейтральной стороне, принимают нас. Сделаем пару-тройку ходок, к ночи уже дома будем. Рванем сейчас? — говорила Верунчик.

Компания слушала и тактично помалкивала. Верунчик не унималась, поставила веселенькую музыку на старом магнитофоне, и нетерпеливо притоптывала каблучком модного польского сапожка. Весомым материальным аргументом в пользу поездки послужила красивая бутылка финского ликера на морошке, вкус которого гармонировал с горьким настроением присутствующих, но добавлял сладости надежд.

Вдруг одна девушка, самая робкая, раздраженно повела плечом, поднялась и сказала: “Едем!” Рванули всей компанией. Бешеный флёр смеха и волнения шел всю дорогу. Пограничник, посмотрев один из паспортов без визы, растерянно спросил:

— Вы куда?
— Туда, — махнула рукой в сторону Финляндии приличная барышня.
— Э,…Но как?
— Как-нибудь… — сказала, пожав плечами.

Пограничник обомлел и умолк, не в силах подобрать аргумент в ответ. Впервые видел, чтобы границу переходили без документов на авось — “как-нибудь”.

Верунчик вмешалась и уговорила пропустить до нейтральной полосы в магазин дьюти-фри. Три раза ходили туда-сюда с пакетами продуктов, косметики и стиральных порошков. Таскали до поздней ночи, сплотившись в отлаженный механизм группы несунов. Утром вернулись домой богачами, с запасом денег на месяц вперед.

Потом Алекс уволился с погрузчика и создал свой бизнес. Вкусив свободы, не смог больше подсчитывать грибочки, почувствовал, что способен на большее.

Жизнь разная, и она точно не состоит исключительно из однообразной ежедневной суеты. Обязательно найдется что-то большее. Даже малого шага достаточно, чтобы выйти за границы, чтобы дойти хотя бы до нейтральной полосы и сделать принципиально иное. Как-нибудь. По-другому, непонятно, странно и даже не имея на это “документов” — внутренних прав… И идти своей дорогой.

На фото граница России и Литвы